sel_kie | Куда бы я ни шёл, я всегда шёл на север

Повседневная жизнь состоит из маленьких радостей и мелких горестей. Просыпаясь утром, я первым делом достаю из-за пазухи ручные весы и взвешиваю, чего у меня сегодня больше. От этого зависит настроение. Ещё не открыв глаза, я вспоминаю, что хорошего есть сейчас в моей жизни, ради чего стоит вставать. Надо отдать должное тому, кто распоряжается моей судьбой: очень часто что-нибудь да находится.

Например, вчера я обнаружила на одном из своих кактусов бутоны. И сегодня утром воспоминание об этом мгновенно подкинуло меня с кровати на полметра: необходимость проверить, не обманули ли меня мои глаза, — чем не повод скатиться кубарем с постели и бежать, стуча босыми пятками, к подоконнику?

Глупость какая! — скажете вы, и я прощу вам эту мысль, потому что вы, наверное, просто не знаете, как трудно добиться от этих сволочных пеньков хоть одного цветочка! Особенно если вы — я, и хорошо растёт у вас только плесень в холодильнике, а всё остальное гибнет с решимостью, достойной самурая...

(О плохом я специально не вспоминаю, оно почему-то само не забывается, такая странная особенность человеческого (или, может, именно моего) сознания).

Иногда кажется, что радости и горести появляются в произвольном порядке, нисколько не согласуясь с моими желаниями или усилиями воли.
Я всю жизнь из рук вон плохо ориентируюсь в пространстве. Настолько плохо, что, стоит мне завернуть за поворот, я вряд ли уже смогу вернуться в исходную точку. Люди обычно не верят, когда я говорю, что, прожив в одном районе десять лет, я до сих пор могу заблудиться в своём собственном квартале. Когда я рассказываю об этом, то чувствую, что это воспринимают как кокетство или как минимум преувеличение. Но это правда так — не далее как сегодня я именно в своём квартале и заблудилась, безо всяких шуток, по дороге из магазина.
Когда я преподавала английский и ездила по всему городу к ученикам, у меня была книжечка, куда я записывала дорогу к каждому ученику примерно так: “1) от метро прямо до розового дома; 2) перейти дорогу, повернуть налево”... и так далее.

Объяснить это мне очень сложно, как сложно дальтонику объяснить, как он видит цвета. Но сегодня один человек высказал предположение, что я всегда стою на месте, а мир движется и поворачивается вокруг меня. И я сразу поняла: это оно, именно так я и ощущаю себя.
Как будто я неподвижна, а улицы вокруг ползут мимо, обходят меня перекрёстками, поворачивают вокруг меня свои переулки, переходят через меня светофорами... И уследить за этим очень тяжело, поэтому я часто не представляю, где нахожусь относительно того места, откуда начала путь.

А потом, по привычке экстраполировать, я подумала: а что если это верно не только по отношению к топографическому ориентированию, но и к восприятию повседневных событий? Радостные и печальные события встают передо мной так же неожиданно, как внезапно вырастает знакомый дом из-за поворота. Как я сюда попала? — думаю я. — Разве я сюда шла?

А ведь кто-то безошибочно может указать на север из любой точки пространства. (Я играла в такую игру со своим парнем: внезапно спрашивала его, например, “Где северо-запад?”. Он показывал. Я проверяла по компасу — правильно. “Где Купчино?”. “Где Испания?”. “Где Индия?” — каждый раз он безошибочно указывал пальцем в правильную сторону, и каждый раз я удивлялась, как ребёнок: как же это можно, сидя в четырёх стенах, всякий раз точно знать, каким именно образом сейчас располагается вокруг тебя мир...

И, может быть, кто-то так же знает, в какой стороне от меня то, о чём я мечтаю? Может быть, это так же просто и очевидно для кого-то, как показать, где северо-запад. Пойдёшь вон туда, не сворачивая, и рано или поздно придёшь в ~~Купчино~~ счастье... Может, у меня просто, помимо топографического кретинизма, ещё и экзистенциальный кретинизм, который мешает мне видеть правильный путь.

Но всё же, несмотря на вышесказанное, мне нравится быть собой. Так нравится, что я бы, пожалуй, не поменялась ни с кем, даже с тобой не поменялась бы.